О своей любимой женщине рассказывает Заслуженный ветеран атомной отрасли Константин Викторович Владимиров
Отличница учёбы в школе № 2 г. Мурманска, Ирина выбрала для получения высшего образования Горьковский политехнический институт по специальности «Атомные электростанции и установки». Специальность инженер-теплофизик очень сложная, даже можно сказать, мужская. Но если посмотреть во вкладыш в диплом Ирины Кучеровой, то видно, что она успевала по всем сложнейшим наукам, изучаемых на факультете. А факультет, повторюсь, практически мужской.
Приехав в Курчатов по распределению, Ирина была зачислена инженером РЦ-2. Вместе с инженерами Латаевым, Матушкиным и другими работниками цеха она в полном смысле слова «проползла» по трубопроводам 3-го и 4-го блоков, составляла схемы фактического состояния оборудования и трубопроводов после монтажа. Можно и сегодня встретить эти чертежи и схемы с ее подписью.
Начальник реакторного цеха № 2 А. П. Николаенко отметил высокие инженерные способности И. Кучеровой и предложил ей поработать инженером-оператором блочного щита, предварительно обсудив это предложение с заместителем директора по науке Т. П. Николаевым. Том Петрович одобрил инициативу Александра Павловича, и Ирина с января 1985 стала работать исполняющей обязанности инженера-оператора БЩУ на третьем блоке в смене № 4. Надо сказать, что не все работники БЩУ нормально приняли такое положение женщины быть равными с уже высоко опытными блочниками. Многие были против. Начальник смены станции Линник даже уходил на 4-й блок, чтобы выговориться. По его словам, женщина на БЩУ не даёт ему говорить на «нормальном техническом языке». Надо сказать, И. Кучерова жёстко обрывала пытавшихся высказаться на рабочем месте мужским трёхэтажным слэнгом и это ей в конце концов, удалось. Мужчины умерили свой пыл, да и в работе к Кучеровой не было никаких претензий.
Работая за средним пультом оператора, Ирина внимательно наблюдала за работой СИУРа — старшего инженера управления реактором на левом пульте. Ей нравилась такая работа. Ведь атомный реактор — он, как живое существо, реагирует на все действия инженера. Замечу, что реактор РБМК-1000 — это самый крупный энергетический реактор в мире. Если у обычных ВВРовских реакторов активная зона всего 3–4 метра в размере и легко управляется автоматикой, то РБМК-1000 имеет активную зону высотой 7 метров и диаметром 12 метров, требуя постоянного контроля со стороны СИУРа, даже вмешательства в ошибочные действия автоматики.
Начальник РЦ-2 А. П. Николаенко, ежедневно бывая на блочном щите управления, наблюдал за работой И. Кучеровой и однажды предложил ей попробовать себя в роли СИУРа на левом пульте управления реактором. Ира согласилась не сразу. Мы обсудили это предложение дома и решили: надо попробовать. Учёба, наработка основных приёмов управления, сложнейшие экзамены — всё это Ирина с честью прошла и вот через почти трех лет работы на БЩУ, наконец, встала за пульт управления реактором. Это была ночная смена и 3-й блок выходил из планового ремонта. Включать реактор в работу пришлось Ирине. Конечно, было тревожно, но рядом сидел и курил Том Петрович. Это успокаивало и придавало сил. Работа пошла, реактор заработал. Том Петрович практически ни во что не вмешивался, а под утро сказал: «Ну, вот, моё дальнейшее участие здесь уже не нужно». И уехал домой.
Так началась деятельность Ирины Васильевны Кучеровой в должности старшего инженера управления реактором (СИУР). Потом всех СИУРов сделали ВИУРами — ведущими инженерами, но сама работа в принципе не изменилась. Только ответственности стало больше.
В феврале 2001 года А. П. Николаенко, будучи тогда уже начальником ПТО, пригласил Ирину на должность ведущего инженера ПТО, в группу режимов и технологического учёта. С августа 2007 года Ирина Васильевна Кучерова возглавила вновь созданную группу коммерческого диспетчирования и до конца жизни работала на этой должности. В подчинении у неё были только мужчины. А она — только единственная женщина.
Как в подобных статьях пишут: награждалась, поощрялась. Но к этому моя Ирина была равнодушна. Она была и хорошей хозяйкой, и успешной дачницей. А как она водила машину! Мужикам у неё учиться надо было.
Очень обидно, что такая неординарная женщина, как Ирина Васильевна Кучерова, так рано и так внезапно ушла из жизни, ушла три года тому назад в разгар ковидной эпидемии. Все, кто её знал, помнят ее, очень сожалеют при встречах. Помнят и как хорошего человека, и как уникального специалиста в атомном деле. Я бы даже назвал её Валентиной Терешковой в атомной энергетике. Таких теперь нет и навряд ли уже когда будут. На смену нашим огромным РБМК-1000 приходят реакторы ВВЭР-ТОИ. Может, и будут у пультов новых реакторов стоять женщины, но эта работа будет в десятки раз проще, чем та, которую выполняла Ирина.
Константин Владимиров, Заслуженный ветеран атомной отрасли России